ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО

(по вопросу судебного разбирательства «Осетинской чумы…»)

25 сентября 2016 г. в г. Назрань РИ состоялся фестиваль культуры и спорта народов Северного Кавказа.

Глава Северной Осетии Вячеслав Битаров заявляет: «Такие мероприятия становятся отличным поприщем для укрепления, дальнейшего развития дружественных связей».

А вот какие мероприятия проходят в самой Северной Осетии.

Сначала февраля 2016 г., гарант законности и права, прокурор Северной Осетии Ефименко П.И. разворачивает судебный процесс о признании экстремистским материалом книгу «Осетинская чума на исторической Родине ингушей». Назрань, 2012 под моим авторством.

В книге речь идет о документальном, по первоисточникам, изложении материалов трагедии ингушского народа октября-ноября 1992 г.

Тут уместно отметить, что региональный прокурор вступает в противоречие к Постановлению Генеральной прокуратуры РФ от 8 февраля 1995 г. «О прекращении уголовного дела за отсутствием в деянии состава преступлений». Непонятно, по какому праву, на каком основании.

Как свидетельствуют материалы судебного разбирательства:

3 февраля 2016 г. с Ленинского районного суда дело было возвращено, в связи с неподсудностью в Промышленный районный суд.

15 февраля 2016 г. судья Промышленного районного суда Аликов В.Р. принимает определение на открытие судебного разбирательства без права обжалования и вызывает меня на суд.

8 апреля 2016 г., несмотря на протест истца (прокуратуры) в отмену собственного определения, судья Аликов В.Р. обратно возвращает дело в Ленинский районный суд.

12 июля 2016 г. Ленинский районный суд принимает решение: «Признать книгу под редакцией Костоева Х.А. «Осетинская чума на исторической Родине ингушей» Назрань, 2012. 228 стр. экстремистским материалом».

Итого процесс длился 6 месяцев.

Как известно Нюрнбергский процесс над немецко-фашистской чумой завершился в течение 6 месяцев, а в судебном разбирательстве над «Осетинской чумой…» с трудом уложились в шесть месяцев. Чем это объяснить: большим объемом работ или некомпетентностью судопроизводства? Более того, суд грубейшим образом нарушил статью 28-ю ГПК РФ, которая гласит: «Предъявление иска по месту жительства или нахождения ответчика», и так как книга вышла в Ингушетии, «ответчик» живет в Ингушетии. Книга «Осетинская чума…» мной в абсолютной большинстве составлена на документальных и свидетельских источниках, но ни один из этих прямых свидетельских источников не привлечен к судебному разбирательству.

Совершенно очевидно, что подобное разбирательство не может быть ни законным, ни объективным.

Теперь по констатации фактов изложенных в судебном решении:

В решении отмечается: «Согласно выводам в заключении специалистов Николаевой О.С. и Огорелковой И.В. от 23 мая 2014 г. № 3183 с позиции лингвистической квалификации в тексте книги содержатся высказывания экстремистской направленности, направленные на возбуждение ненависти либо вражды (розни) в отношении группы лиц, выделенной по национальному признаку (осетин), а также направленные на публичное обвинение лиц, наделенных властными полномочиями (руководство России)».

Во-первых – почему в течение 2-х лет эта экспертиза не предавалась гласности?

Во-вторых – почему ни экспертиза, ни суд не делают выводы на геноцид и этническую чистку ингушского населения (по национальному признаку) граждан Северной Осетии и России?

В-третьих – по какому праву, по какому закону освобождаются от ответственности лица, наделенные властными полномочиями за совершенные правонарушения или преступления?

По логике экспертизы и судопроизводства, суд Нюрнбергского процесса не имел права судить лиц, наделенных властными полномочиями, организаторов и участников массовых преступлений в период Великой отечественной войны 1941-1945 гг.

Судебное решение цитирует* ( извлечение из книги следующего содержания: «… на стр. 2-ой указано, что печатным изданиям на территории РФ и за ее границей дается право на перепечатывание… установлено, что книга Костоева Х.А. размещена в сети интернет для чтения и скачивания…»

%d0%b1%d0%b5%d0%b7-%d0%bd%d0%b0%d0%b7%d0%b2%d0%b0%d0%bd%d0%b8%d1%8f-4

Во-первых – «Конституционное право (ст.29) каждого, свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию…»

Во-вторых – «… в ходе судебного разбирательства установлено, что на момент рассмотрения, книга не включена в реестр, распространение которых запрещено на всей территории РФ…» Какие могут быть тут вопросы?

Далее цитируем извлечение из судебного решения: «… заинтересованное лицо Костоев Х.А. был надлежащим образом извещен о времени и месте слушания дела, в суд не явился, причин неявки не сообщал, об отложении судебного разбирательства не просил».

Ранее направил в суд заявление, в котором выразил несогласие с заявлением заместителя прокурора РСО-Алания, просил, до полного разбирательства и законного решения его не беспокоить…»

Фактически истина данного вопроса такова:

1-го и 2-го марта 2016 г. в Промышленный районный суд г. Владикавказа на имя судьи В.Р. Аликова, я направил два заявления-ходатайства с приложением до более 20-ти документальных доказательств оголтелого осетинского экстремизма и разжигания межнациональной вражды в осетино-ингушских отношениях, с просьбой приобщить к судебному разбирательству.

В этих же заявлениях-ходатайствах изложил причину неявки в суд в следующем содержании: «… в условиях, когда экстремизм осетинского народа не знает предела, осуждения и наказания, а ингуши продолжают оставаться жертвой лжи, фальсификации и беззакония у меня нет оснований доверять органам власти Осетии, в том числе прокуратуре и суду.

Условием доверия может быть только честное, справедливое, законное разбирательство материала, направленного в ваш адрес…»

По полученным уведомлениям данные ходатайства доставлены в суд 9 марта 2016 г. Более того, остается непонятным, кто, когда и по каким мотивам зачислил меня в штат заинтересованных лиц? В итоге факт очевиден, наблюдается откровенная фальсификация обстоятельства на уровне судопроизводства.

В решении суда отмечается, что «… материал, 11 января 2016 г. направлен в Следственное управление Следственного Комитета по Республике Ингушетия…»

Но почему-то умалчивается, что данным Следственным Комитетом принято Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (Постановление № 8 Пр-16 от 10.08.2016 г.)

Решением суда выделяется и следующий эпизод книги: «… «Осетинская чума на исторической Родине ингушей» (лицевая сторона обложки). Речь идет об очередной партий трупов мирного ингушского населения, вывезенных в Назрань из Северно^ Осетии, снимок которых отображен на лицевой стороне обложки. А история этого снимка такова: в конце ноября 1992 года, когда еще только закладывались следственнъц’ мероприятия в Северной Осетии издается иллюстрированный, в кровавых цветах журнал в десять тысяч экземпляров. Эти трупы представлены осетинскими, как жертвы «ингушской» агрессии. Журнал имел место распространения в ГосДуме, Совете Федерации, в районах Ближнего и Дальнего зарубежья и т.д. Этот снимок (трупы ингушей) приводятся и в книге-энциклопедии Казбека Челехсаты, изданной в 2004 г. тоже в количестве десяти тысяч экземпляров, здесь они обозначены как «Жертвы Зарской трагедии», т.е. как жертвы грузинской агрессии.

Подобных эпизодов чудовищного вандализма на уровне национально-государственного устройства немало, но суду, занятому поиском ингушского экстремизма они неинтересны.

Суд приводит содержание и оборотной стороны обложки: «… историческая Родина ингушей со столицей г. Владикавказ (Орджоникидзе), на карте ингушские земли оккупированные осетинской чумой, заштрихованы…» Была война 1941-1945 гг. немецко-фашистские полчища захватили часть территории Северной Осетии.
1673_html_m12c7e374

Это положение в осетинской истории проходит черной строкой как «оккупация». А здесь не было войны. Ингушский народ жил созидательным трудом, на своей исторической Родине. Но вот, на трон Российского самодержавия взошел палач всех времен и народов осетин Сталин.

Путем массовых репрессий, геноцида, депортаций и этнических чисток развернулась эпопея оккупации исторической Родины ингушей.

Вот одно из доказательств: «… В начале 1944 года в нашей республике произошли крупные исторические события. Благодаря постоянным заботам большевистской партии, лично тов. Сталина в феврале 1944 года советским правительством были приняты государственной важности решения по дальнейшему развитию и укреплению Северо-Осетинской АССР. К Северной Осетии были присоединены новые районы, среди них город нефтяников Малгобек, Моздокский и Курпский районы.

Вследствие этих мероприятий территория нашей республики увеличилась до 50 %, увеличилось и количество населения.

Вместе с тем перед Северо-Осетинской парторганизацией встали важные задачи по быстрому заселению ряда новых районов…»

(из отчетного доклада Северо-Осетинского областного комитета ВКП(б) секретаря обкома К.Д. Кулова «Социалистическая Осетия» № 80 2.02.1949 г.)

Вот такова история оккупации, но суду и это неинтересно, он увлечен поиском экстремизма ингушей.

Суд делает вывод: «… в тексте книги присутствует противопоставление «осетины», «ингуши». А вот что присутствует на национально-государственном уровне Северной Осетии:

– 6 марта 1993 г. Верховный Совет Северной Осетии принимает постановление «О невозможности совместного проживания осетин и ингушей»;

– 22 мая 1993 г. 2-ой съезд осетинского народа подтверждает это решение;

– 5 августа 1993 г. общенациональный митинг во Владикавказе объявляет запрет на всякие переговоры с ингушами на ближайшие 100 лет;

– 9 августа 1994 г. общенациональный митинг в Чермене заявляет: «О своей решимости не допускать возврата ингушей»;

– 30 ноября 2007 г. Законом Северной Осетии № 60-РЗ упраздняют населенные пункты: Терк, Чернореченское, где преобладает ингушское население.

«Аланский конгресс» постановляет: «Грузинский фашиствующий нацизм и ингушский национал-экстремизм – вот две враждебные нашему народу силы, которые следует искоренять…» («Пульс Осетии» № 27-28 октябрь 2005 г.)

И вот это в Осетии воспринимают как консолидация.

Есть в этом решении и положительная сторона: на самом высоком уровне государственной власти Северной Осетии, через 24 года после трагедии, когда поверили, что народы оболванены «ингушской агрессией», по своей же инициативе прошлись по кровавым тропам своих же преступлений.

В книге же «Осетинская чума…» нет ни единого штриха, указывающего даже на правонарушения с ингушской стороны, а полностью насыщена самыми чудовищными, зверскими преступлениями со стороны Северной Осетии… и суд по праву вынес решение о признании этого материала-экстремистским. А дальше, непременным условием правового государства, должен быть суд ответственности и наказаний, если мы живем не в криминальном государстве.

%d0%bf%d0%be%d0%b4%d0%bf%d0%b8%d1%81%d1%8c-%d0%ba%d0%be%d1%81%d1%82%d0%be%d0%b5%d0%b2

Сентябрь 2016г.

Хаджимурат Костоев

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Нравится(1)Не нравится(0)